Андрей Кураев: Жалко, что Навальный не рассказал о дворце Патриарха в Геленджике - «Недвижимость» » Новости рынка недвижимости
Новости рынка недвижимости » Недвижимость » Андрей Кураев: Жалко, что Навальный не рассказал о дворце Патриарха в Геленджике - «Недвижимость»
Андрей Кураев: Жалко, что Навальный не рассказал о дворце Патриарха в Геленджике - «Недвижимость»
Андрей Кураев // фото: Андрей Струнин 29 декабря 2020 года епархиальный суд, обвинив Андрея Кураева в «хуле на церковь» и в оскорблении протоиерея Агейкина (за которое Кураев извинился), постановил лишить протодиакона священного сана. Ну а следом митрополит Иларион заявил, что Кураев может быть и


Андрей Кураев: Жалко, что Навальный не рассказал о дворце Патриарха в Геленджике - «Недвижимость»


Андрей Кураев // фото: Андрей Струнин



 



29 декабря 2020 года епархиальный суд, обвинив Андрея Кураева в «хуле на церковь» и в оскорблении протоиерея Агейкина (за которое Кураев извинился), постановил лишить протодиакона священного сана. Ну а следом митрополит Иларион заявил, что Кураев может быть и вовсе отлучен от церкви. Многие связывают такие резкие шаги с тем, что независимый Андрей Кураев – кумир либералов, а также большая заноза для руководства РПЦ, которое он нещадно критикует.


1963 – родился 15 февраля в Москве
1979 – поступил на факультет философии МГУ по специализации «научный атеизм»
1982 – принял крещение
1988 – окончил Московскую духовную семинарию
2020 – запрещен в служении за оскорбление памяти протоиерея Агейкина

Андрей Вячеславович, вы уже решили, будете ли подавать апелляцию во Вселенский (Константинопольский) патриархат по поводу лишения вас сана? И что означает для вас угроза отлучения от церкви?



– Пока нет утвержденного Патриархом Кириллом приговора, об апелляции не может быть и речи. Значит, моя ситуация остается подвешенной, пока на решении епархиального суда нет резолюции Патриарха. Что от меня зависело, я сделал – подал Патриарху ходатайство о пересмотре этого решения. И если он мне в этом откажет, просто подписав приговор, вот тогда я и задумаюсь, что и как делать дальше.



Насколько эта ситуация для вас болезненна?



– Самая большая и неприятная неожиданность – это, конечно, заявление митрополита Илариона о том, что он готов ставить вопрос о моем отлучении от церкви. Неожиданна такая подлость от человека, которому когда-то я помогал в трудную минуту его жизни.



Кроме того, священный сан – это некая привилегия в церковной жизни, и без этого верующему человеку можно прожить. А отлучение от церкви – это уже экзистенциальная угроза. Это покушение на то, что для меня, как и для всех верующих людей, очень дорого и значимо. Поскольку угроза экстраординарная, значит, и меры защиты тоже могут быть серьезными. В том числе и переход в другую православную церковь.



Почему митрополит Иларион сделал такое угрожающее заявление?



– В ином случае я мог бы ответить штампом: не от большого ума. Но митрополит Иларион человек умный, хотя и с серьезной нравственной порчей. Значит, он просто озвучил то, что повелел ему сказать Патриарх. Это называется повышение ставок в этой игре. Повышение уровня угроз. Иларион дает понять, что Патриарх настроен крайне жестко и никакого мирного урегулирования не произойдет. Ну это ладно, я-то буду дальше жить и без Патриарха Кирилла, а вот церкви с Патриархом Кириллом во главе будет трудно. У Патриарха когда-то была репутация умелого дипломата. И вдруг оказалось, что он неспособен решать кризисные ситуации – как в мелочах, например со мною, так и с украинским церковным кризисом. Это стиль его управления. Он решил, что ему надо казаться вот таким грозным. То есть «любить меня вы не обязаны, но подчиняться и бояться должны». И это очень печально. Потому что речь ведь не о ярле из сериала «Викинги», а о лидере христианской общины.






Патриарх Кирилл // Фото: Global Look Press



 



Если в стране и в церкви что-то изменится, есть ли у вас шанс занять место Патриарха?



– Я бы тут попросил всех проявить милосердие к Русской православной церкви и ни в коем случае не давать мне епископство и патриаршество.



Серьезно?



– Ну не мое это. Я никогда ничем не управлял. А старого медведя не научить новым фокусам. В истории церкви такое бывало, когда столичные клирики, устав от собственных интриг, принимали решение: а давайте позовем какого-нибудь отшельника, человека с хорошей этической репутацией, но немножко инопланетянина в нашем аппарате, чуждого всем нашим партиям, вот пусть он и будет у нас Патриархом. Кончалось это плохо – человек без аппаратного опыта становился заложником в руках временщиков. Они быстренько понимали, какие ключики можно подобрать к этому новому суперархиерею, и начинали продвигать своих людей и свои бизнес-проекты. К сожалению, по принципам своего управления церковь уже давным-давно не отличается от любого другого иерархически выстроенного карьерного ведомства.


Андрей Кураев: "Патриарх собственной рукой разбил рекламную витрину своей церкви"

 



Довезти медвежонка



Спрошу вас словами Тараса Бульбы: «Ну что, сынку, помогли тебе твои ляхи?» Не раскаиваетесь ли вы, что посвятили себя карьере в этой церкви? Возможно, надеясь исправить ее изнутри. Не ошибка ли все это?



– Нет. Потому что, во-первых, все-таки жизнь оказалась очень интересной. Помню, когда я был аспирантом в Институте философии Академии наук, передо мной возник вопрос выбора – уходить в семинарию или нет. Сделать этот перескок в том 1985 году было весьма непросто. В том числе и из-за несогласия родителей. И вот как-то в храме, поджидая, когда батюшка освободится после службы, я просто сидел в тишине и вдруг поставил для себя вопрос: ну а если? Если все-таки батюшка не благословит поступать в семинарию? Если мне придется остаться навсегда в стенах этого Института философии? И знаете, такой ужас меня объял, что память о нем я пронес через всю жизнь. И вот прошло уже почти 40 лет, и я рад своему решению. Я посмотрел мир и видел хороших людей. И что еще более удивительно, некоторые хорошие, светлые люди в итоге сказали мне спасибо, и мне это очень дорого.



Недавно была у меня лекция, в конце которой парень, студент лет 20, задал серьезный обстоятельный вопрос о перспективах католической церкви в сравнении с православной церковью, причем речь его была очень грамотна и умна. В ответ я сказал, что никогда еще с такой радостью не завершал свою лекцию. Помните, у Высоцкого: «Я успеваю улыбнуться, я видел, кто придет за мной. Мы не успели оглянуться, а сыновья уходят в бой». Есть молодые люди, которые продолжат думать и работать.


Андрей Кураев о новом насельнике Троице-Сергиевой лавры: Это вопрос бизнеса

А дальше произошло нечто совсем неожиданное. Ко мне подходит седовласый человек, явно старше меня, и просит поставить автограф на моей книжке. Диктует свою фамилию – и я узнаю моего любимого «семинариста». Так в университете называются молодые преподаватели, которые ведут семинары в группах. И вот мы всей группой очень любили его семинары по истории философии. А этот парень, который задавал вопрос, оказался его сыном. Понимаете?




Когда любимый преподаватель приходит на твою лекцию и приводит своего сына, в этом есть какая-то удивительно красивая завершенность... и угроза. Цикл-то завершен. Можно уходить...




Простите, но мне кажется, вы рано говорите об уходе. У вас впереди, я уверена, большое будущее. Даже если вас лишат сана и даже если отлучат от церкви. Все равно варианты будущего существуют. Какие они могут быть?



– Хоть я всегда старался максимально рационально обосновывать свою позицию и позицию церкви перед разными людьми, в душе я немножко мистик. Я считаю, что всё в моей жизни происходит вовремя и по этой причине тоже не надо забегать вперед. Отсюда одно из правил моей жизни – решать проблемы по мере их поступления. Вот, скажем, 29 апреля 2020 года. Мой план на этот день состоял в том, чтобы забрать из ИКЕА медвежонка, которого заказала моя внучка. Я уже возвращаюсь домой с добычей, и тут мне начинают звонить журналисты и сообщать, что Патриарх Кирилл отдал меня под церковный суд. Но я в тот момент на скутере, вместе с огромным медведем, а впереди МКАД и весь Ленинский проспект. Поэтому первая задача, которую надо решить – выжить в этой поездке и доставить подарок ребенку. Лишь после этого я буду готов воспринимать новую информацию и беседовать на другие темы… И потому я отказался от сиюминутных комментариев… Сайт патриархии потом написал, что для Кураева важнее игрушки, чем священный сан…



Точно так же и сейчас. Будет приговор – буду думать.




Но в день, когда и если это произойдет, журналистам я буду говорить: «Знаете, у меня нет слов. Одни буквы Д и Б (бессмертная реплика Лаврова!)».




И пойду на этом приговоре спать. Потому что в первую минуту принимать решения нельзя. А затем поживу с этим месяц или два, прислушиваясь, что происходит в моей душе, в совести, в разуме. И только тогда уже можно будет приступать всерьез к новым решениям. Пока же я просто честно говорю патриархии: не преувеличивайте свою роль в моей жизни и в моей вере.






Андрей Кураев // Фото: Андрей Струнин



 



Покушений было немало



И все-таки скажите, разве не лестно оказаться в компании людей, которые были отлучены от церкви – Толстой, Джордано Бруно, Ян Гус, Наполеон, Фридрих Второй, парочка французских королей, – и войти в историю наравне с ними?



– А еще я в одной компании с ними потому, что и меня мама родила. Кроме того, Сократ ведь умер, и я вот тоже что-то плохо себя чувствую. Почему мне это должно быть лестно? Не понимаю.



Боюсь, что вам не понравится и другое сопоставление – что вы такой Навальный от церкви. Хотя, если уж на то пошло, вы свою прекрасную битву против лжи и коррупции начали раньше Навального. Вы, кстати, не боитесь отравления?



– Тут я скажу словами классика: «Нет, я не Байрон, я другой». Но в моей жизни покушений было немало, так что это для меня не новость.



А что это были за покушения?




– На Сахалине меня одаривали баночками икры с толченым стеклом. В Ялте подходили с ножом, в Москве с пистолетом, в Сухуми с «калашниковым», в Кишиневе просто с кулаками. В 1990-м был старичок-коммунист, охаживавший меня палкой в метро за то, что я был в ненавистном ему подряснике. А в 2010-м какая-то пьянь на московской улице прежде удара уточнила, я ли Андрей Кураев... Про попытки «наслать порчу» я уже помолчу (а это тоже покушение, хотя и с картонным мечом).




А как вы относитесь к событиям, связанным с Навальным? Вам интересны его расследования – например про дворец?



– Я, безусловно, желаю Алексею скорейшего освобождения. Он себя называет православным человеком, и я надеюсь, что это действительно так. Фильм про дворец я, конечно, видел. Жалко, что там он не тронул тему еще и соседнего дворца – огромной резиденции Патриарха в том же Геленджике.






Дворец Патриарха в Геленджике // скриншот Youtube



 



Патриарх – убийца надежд



В середине нулевых вы говорили, что у церкви есть 10 лет на то, чтобы влюбить молодежь в православие, иначе демографическая ситуация так изменится, что это будет другая страна, другая идентичность и это будет уже не православная Русь. 10 лет прошло. Сбылись ли ваши слова?



– Я тогда приводил слова одного из чиновников администрации президента, который говорил, что к 2050 году страна станет другой вследствие миграционных процессов. Большинство к этому времени станет мусульманским. Лично меня это не очень радует, и потому я предлагал: чтобы этот сценарий не реализовался, молодежь надо влюбить в православие. Причем это нельзя откладывать до 2050 года. Тут как с развитием болезни. С определенного срока процесс станет необратимым. Поэтому я и говорил, что нельзя упустить ближайшие 10–15 лет. Но говорил я это в 2007-м. И эти годы для миссии мы упустили. Соцопросы, в том числе проведенные в МГУ, говорят, что за 10 последних лет число молодых людей, готовых считать себя православными, упало почти вдвое. И думаю, что это уже необратимо. К сожалению, тот человек, на которого я возлагал свою последнюю надежду, Патриарх Кирилл, оказался убийцей всех этих надежд. Потому что он умудрился создать за последние 10 лет очень отталкивающий образ и себя лично, и церкви. Первые два-три года его правления еще давали основание для надежд, но скандал с Pussy Riot и последующие шаги эти надежды обнулили. Этот спад интереса к православию совпал с моим увольнением из МГУ по инициативе того же Патриарха (в 2014 году). Случайность? Не думаю…



Кроме того, молодежь еще и язык ваш просто не понимает. Лично вас интересно слушать и читать. Но официальные представители церкви и массовая молодежь, не говоря уже о рэперах и тиктокерах, – это просто разные планеты. Видимо, следует признать, что для молодежи церковь – отрезанный ломоть. И это обрекает РПЦ на гибель.



– В этом смысле во мне можно увидеть лабораторную мышь. Если Патриарх Кирилл не сумел и даже не попытался найти какого-то общего языка со мной (а это идеально лабораторные условия: я верующий человек, мы давно знакомы, я ему помогал стать Патриархом) – какие тогда, простите, шансы на то, что Патриарх и его команда смогут привести в православие миллионы даже не китайцев, а наших же русских подростков? Поэтому я считаю, что у меня есть право быть пессимистом.



Словами о гибели я разбрасываться не стану, но довольно очевидно, что роскошные дворцы, которые возводят Патриарх Кирилл и его команда – не только личные, но и огромные храмы, избыточествующие своей роскошью, – вот они в обозримом будущем будут испытывать очень большие проблемы в своем бытовом обеспечении.



Дело в том, что сейчас представление молодежи о церкви надо вытаскивать из минуса, а не из нуля, как было 20 лет назад, когда это было просто областью незнания. Сегодня представления молодых о церкви четко стигматизированы. Для них церковь – это про власть, стяжательство и лицемерие. Все штампы советской атеистической пропаганды оказались реанимированы, увы, во времена Патриарха Кирилла и не без помощи его команды и его лично. Общение священников со студентами скатывается к ситуации, которая однажды была в Самарском университете, когда местный митрополит Сергий вливал в уши студентам красивое «бла-бла-бла», а потом встала девушка и сказала: «Владыка, мы видели, на каком «Ауди» вы приехали – вам не стыдно на таком лимузине ездить?» «Ты свинюшка», – только и смог ответить митрополит.



А теперь представьте, что на месте митрополита я. Допустим, мой скутер не вызывает отторжения у студентов, но вопрос насчет чьих-то «Мерседесов» и дворцов остается. И мне его задают. Единственное, что я мог бы – это спросить у Патриарха: «Ваше святейшество, вы можете даровать мне позволение критиковать вас ради вашего блага и блага церкви?»



Православие – психотерапия для бедных



Какие реанимационные меры церкви нужно срочно принять в отношении самой себя?



– Я бы советовал Патриарху срочно на недельку уехать в Ватикан и провести там закрытые консультации с двумя римскими папами. С Бенедиктом и Франциском. И пройти вот такой курс повышения квалификации. Бенедикт поделился бы умением уходить в отставку. А Франциск рассказал бы о том, как не надо шиковать и дразнить людей в достаточно бедном мире. И еще он рассказал бы, как не казаться прислужником хунты. Для папы Франциска это очень важная тема, на которой он сам однажды обжегся, когда слишком сблизился с одним аргентинским диктатором. И потом ему пришлось в этом очень горько каяться.


Квартиры, джеты, яхты и связи с "Конкордом". Что известно о патриархе Кирилле

Вопрос немного в сторону. Как глубоко верующий человек относится к психотерапии и психологам? И прибегали ли вы сами когда-либо к услугам психотерапевта?



– К психологу я обратился только один раз в жизни. Это была моя любимая студентка психологического факультета на пару курсов постарше меня. Я пришел к ней в общагу с вопросом: «Ирочка, дорогая, протестируй меня, поговори со мной внимательно, не схожу ли я с ума». Это было как раз тогда, когда во мне рождалась религиозная вера. И я, естественно, испытывал сомнения, а не «кукушка» ли это, не поехал ли я умом. Она со мной провела какие-то тесты, потом обсудила их со своими однокурсницами, и они мне выдали диагноз: ты совершенно психически здоровый человек. Я даже не стал ей объяснять, в чем дело, то есть она ничего о моих исканиях не знала.


Два Франциска: президент РФ и папа римский подкинули пищу для размышлений

А вообще-то священники и психологи – конкуренты. Наш бизнес похож. И не случайно многие священники, снимая сан, становятся коучами и психотерапевтами. И в целом у меня есть некий печальный вывод: в своем массовом изводе православие – это психотерапия для бедных. Просто я вижу, сколь много среди священников, в том числе и молодых, людей, абсолютно равнодушных к жизни церкви, к богословию и к тем людям, которых они якобы должны окормлять. Поэтому и их «терапия» сводится к пяти-шести банальным советам в стиле «молись, постись, слушай радио «Радонеж».



А вы не ощущаете себя Дон Кихотом?



– Нет. Мельницы, с которыми я борюсь, отнюдь не иллюзорные, они очень даже клыкастые и властные. И очень высоко мнящие о самих себе. И уже по этой причине я себя с Дон Кихотом не отождествляю. Видите, какой большой список различий у нас в итоге получился: я не Навальный, не Толстой, не Дон Кихот. И не святой.



* * *



Материал вышел в издании «Собеседник» №06-2021 под заголовком «Андрей Кураев: На приговоре о лишении сана я буду спать».


Источник: sobesednik.ru
Ctrl
Enter
Заметили ошЫбку?
Выделите текст и нажмите Ctrl+Enter
Мы в
Комментарии
Минимальная длина комментария - 50 знаков. комментарии модерируются
Комментариев еще нет. Вы можете стать первым!
Комментарии для сайта Cackle
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Смотрите также
интересные публикации

dc750945
Аналитика рынка недвижимости
...